Главная проблема с лошадьми в том, что они слишком велики, чтобы с ними спорить, если злятся. Или если у них сволочной характер. А у породистых лошадей всегда характер сволочной. Ладно, если он такой у сурка или белочки – ах, как мило! – но если зверь весом полтонны вдруг взбеленится в пространстве, примерно равном объёму кабины для инвалидов в сортире денверского аэропорта, горе тому, кто окажется с ним рядом и кому придётся его утихомиривать. Череп надвое, ноги пополам, почки всмятку, позвоночник как рассыпные кубики и паралич на всю оставшуюся жизнь. Выстрел гневным копытом в упор – всё равно, что удар бейсбольной битой. Мясо в клочья, кости в щепки. Вас везут в ближайшую травму сельской больницы, запаковывают в гипс… если вам повезло. И хромайте на здоровье, вспоминая о своей любви к милым четвероногим.

Хантер С. Томпсон.

«Поло, жизнь моя. Страх и ненависть в стране лошадей», 1994 (отрывок)

Джонни Депп

Днём и ночью, часов не наблюдая, торчали мы с ним в его «командно-штабном бункере», трепались о чём угодно – от политики переходили к оружию, далее к нашему родному штату, обсуждали губную помаду, музыку, Гитлера-живописца, литературу и спорт, спорт, спорт… Затронули его любимые и нелюбимые виды спорта. Смотрели баскетбол – чаще всего, футбол – тоже немало. Я спросил, нравился ли ему когда-нибудь бейсбол, на что он без раздумий ответил.

– Не-а. Как будто куча старых жидовин на крыльце с пеной у рта базарят, базарят, базарят – вот тебе твой бейсбол.

Годом позже мы заключили пари во время чемпионата мира по европейскому футболу – Франция против Бразилии. Он не сомневался, что Бразилия размажет Францию по полю. Я принял пари, поставили тысячу баксов. Всё оставшееся до матча время задирали друг друга. В итоге я выиграл. Он тут же выписал чек и прислал мне с письмом следующего содержания:

Ну, полкан, ясное дело, вся эта грёбаная игрёнка прокуплена. Но всё ж не ожидал я, что эти сраные полуметисы такие идиоты. Они вели себя как тупые болваны, всё поле обхезали и свою блядскую нацию опозорили перед всем миром. Для меня ещё одно доказательство, что не хер любителям совать свои сопливые носы в игру, в которой они ни уха ни рыла не педрят.

Короче, поимей свои $1000.

И спасибо тебе большое.

Скоро вернусь.

Док

Терри Гиллиам

Очень важно сохранять хаос в качестве компонента мирового порядка.

Я лишь раз выбрался в Вуди-Крик, и вечерок выдался на славу. Хантер сочинял введение к гонзо-альбому Ральфа Стедмана и кое-что мне оттуда прочитал. «Гитлер избрал высокий путь, а ты, Ральф, пошёл низочком», – вот так. У меня слёзы на глазах выступили. Но и в этот вечер видеокамера регистрировала каждое его движение. Всё равно, что «Титаник» в окружении кучи буксиров. Внимание на него, цель – сделать из Хантера историческую фигуру. Каждый момент становился мигом истории. Вершить историю – кропотливая работа.

Ральф Стедман

[…]

Мотались там и тут, ошивались повсюду, глазели по сторонам. Хантер ходил как пыльным мешком трахнутый и всё бормотал: «Рыбы нет. Рыбы нет в океане, зачем врать?» Или вдруг взревёт: «Пошли все на хер! Я миллионер!»

Джонни Депп

Особая тема – приём пищи Хантером Томпсоном. Наблюдать интересно. Вот он заказал, прибывает тарелка крабов, устриц, риса, чего-то ещё… И он начинает всё внимательно изучать. Сначала с эстетической точки зрения. Углы, там, изгибы… «М-м-м-м-да…». Потом хватает соль да перец и нависает над тарелкой. Соление и перчение продолжается минут двадцать, я не шучу! Как стебанутый, ей-богу! А потом лимон. Всё облимонит, ничего не пропустит, весь грёбаный цитрус выжмет, выкрутит! Ну, я принялся вникать, осваивать.

Он сначала маленько обалдел, когда увидел себя во мне. Я занимал у него манеры – высасывал их из него, и он очумел от такого.

Джек Николсон

Нежный он был парень, мягкий, с кучей проблем, и, похоже, так и не нашёл способа поделиться с кем-нибудь своими невзгодами. Держал совет сам с собой, а когда высказывался, часто провоцировал. Для многих он «добрый доктор» округи, и из-под крылышка Хантера народ бдительно следил, не настало ли нечто такое, другими незамеченное, из-за чего стоит поднимать тревогу.

Джонни Депп

У тех из нас, кому посчастливилось общаться с ним, постоянно подвергаясь опасности скорчиться в припадке неудержимого хохота, хранятся в памяти греющие душу картины, медленно исчезает его улыбка Чеширского кота. Мы помним, как он вёл нас за собою, и с удивлением убеждаемся, что он всегда двигался в верном направлении, каким бы безумным оно поначалу ни казалось. Да, Добрый Доктор всё предвидел.

[…]

Мы выскакивали из дому цирковой парой клоунов-близнецов, рыскали по округе парой фрагментов одного сценария. Я бы его в святые записал за неиссякаемую терпимость к моему копанию в его жизни. Лучшего друга и вообразить невозможно.

[…]

Он – воплощённая элегантность. Мне его не хватает. Мне его не хватало и при жизни. Но, друг Доктор, мы ещё увидимся.

Полковник Депп